25.09.2019

Испытания ядерного оружия на Тоцком полигоне. Справка. Полигон Тоцкий. Испытания на Тоцком полигоне


ВСЕ ФОТО

В 9 часов 33 минуты над степью прогремел взрыв одной из самых мощных по тем временам ядерных бомб. Следом в наступление - мимо горящих в атомном пожаре лесов, снесенных с лица земли деревень - ринулись в атаку "восточные" войска.

Самолеты, нанося удар по наземным целям, пересекали ножку ядерного гриба. В 10 км от эпицентра взрыва в радиоактивной пыли, среди расплавленного песка, держали оборону "западники". Снарядов и бомб в тот день было выпущено больше, чем при штурме Берлина.

Со всех участников учений была взята подписка о неразглашении государственной и военной тайны сроком на 25 лет. Умирая от ранних инфарктов, инсультов и рака, они даже лечащим врачам не могли рассказать о своем облучении. Немногим участникам Тоцких учений удалось дожить до сегодняшнего дня. Спустя полвека они рассказали "Московскому комсомольцу" о событиях 54-го года в Оренбургской степи.

Подготовка к операции "Снежок"

"Весь конец лета на маленькую станцию Тоцкое со всего Союза шли воинские эшелоны. Никто из прибывающих - даже командование войсковых частей - понятия не имел, зачем они здесь оказались. Наш эшелон на каждой станции встречали женщины и дети. Вручая нам сметану и яйца, бабы причитали: "Родимые, небось в Китай воевать едете", - рассказывает председатель Комитета ветеранов подразделений особого риска Владимир Бенцианов.

В начале 50-х всерьез готовились к третьей мировой войне. После проведенных в США испытаний в СССР также решили опробовать ядерную бомбу на открытой местности. Место учений - в оренбургской степи - выбрали из-за сходства с западноевропейским ландшафтом.

"Сначала общевойсковые учения с реальным ядерным взрывом планировалось провести на ракетном полигоне Капустин Яр, но весной 1954-го была проведена оценка Тоцкого полигона, он и был признан лучшим по условиям обеспечения безопасности", - вспоминал в свое время генерал-лейтенант Осин.

Участники Тоцких учений рассказывают иное. Поле, где планировалось сбросить ядерную бомбу, было видно как на ладони.

"Для учений из отделений у нас отобрали самых крепких ребят. Нам выдали личное табельное оружие - модернизированные автоматы Калашникова, скорострельные десятизарядные автоматические винтовки и радиостанции Р-9", - вспоминает Николай Пильщиков.

Палаточный лагерь растянулся на 42 километра. На учения прибыли представители 212 частей - 45 тысяч военнослужащих: 39 тысяч солдат, сержантов и старшин, 6 тысяч офицеров, генералов и маршалов.

Подготовка к учениям под кодовым названием "Снежок" длилась три месяца. К концу лета огромное боевое поле было буквально испещрено десятками тысяч километров окопов, траншей и противотанковых рвов. Построили сотни дотов, дзотов, блиндажей.

Накануне учений офицерам показали секретный фильм о действии ядерного оружия. "Для этого был построен специальный кинопавильон, в который пропускали лишь по списку и удостоверению личности в присутствии командира полка и представителя КГБ. Тогда же мы услышали: "Вам выпала великая честь - впервые в мире действовать в реальных условия применения ядерной бомбы". Стало понятно, для чего окопы и блиндажи мы накрывали бревнами в несколько накатов, тщательно обмазывая выступающие деревянные части желтой глиной. "Они не должны были загореться от светового излучения", - вспоминал Иван Путивльский.

"Жителям деревень Богдановка и Федоровка, которые находились в 5-6 км от эпицентра взрыва, было предложено временно эвакуироваться за 50 км от места проведения учения. Их организованно вывозили войска, брать с собой разрешалось все. Весь период учения эвакуированным жителям платили суточные", - рассказывает Николай Пильщиков.

"Подготовка к учениям велась под артиллерийскую канонаду. Сотни самолетов бомбили заданные участки. За месяц до начала ежедневно самолет Ту-4 сбрасывал в эпицентр "болванку" - макет бомбы массой 250 кг", - вспоминал участник учений Путивльский.

По воспоминаниям подполковника Даниленко, в старой дубовой роще, окруженной смешанным лесом, был нанесен белый известковый крест размером 100х100 м. В него-то и метили тренирующиеся летчики. Отклонение от цели не должно было превышать 500 метров. Кругом располагались войска.

Тренировалось два экипажа: майора Кутырчева и капитана Лясникова. До самого последнего момента летчики не знали, кто пойдет основным, а кто будет дублером. Преимущество было у экипажа Кутырчева, который уже имел опыт летных испытаний атомной бомбы на Семипалатинском полигоне.

Для предотвращения поражений ударной волной войскам, располагающимся на отдалении 5-7,5 км от эпицентра взрыва, было предписано находиться в укрытиях, а далее 7,5 км - в траншеях в положении сидя или лежа.

"На одной из возвышенностей, в 15 км от запланированного эпицентра взрыва построили правительственную трибуну для наблюдения за учениями, - рассказывает Иван Путивльский. - Накануне ее выкрасили масляными красками в зеленый и белый цвета. На трибуне были установлены приборы наблюдения. Сбоку к ней от железнодорожной станции по глубоким пескам проложили асфальтированную дорогу. Никакие посторонние автомашины военная автоинспекция на эту дорогу не пускала".

"За трое суток до начала учения на полевой аэродром в районе Тоцка стали прибывать высшие военачальники: маршалы Советского Союза Василевский, Рокоссовский, Конев, Малиновский, - вспоминает Пильщиков. - Прибыли даже министры обороны стран народной демократии, генералы Мариан Спыхальский, Людвиг Свобода, маршал Чжу-Дэ и Пэн-Дэ-Хуай. Все они размещались в заранее построенном в районе лагеря правительственном городке. За сутки до учений в Тоцке появился Хрущев, Булганин и создатель ядерного оружия Курчатов".

Руководителем учений был назначен маршал Жуков. Вокруг эпицентра взрыва, обозначенного белым крестом, была расставлена боевая техника: танки, самолеты, бронетранспортеры, к которым в траншеях и на земле привязали "десант": овец, собак, лошадей и телят.

С 8000 метров бомбардировщик Ту-4 сбросил на полигон ядерную бомбу

В день вылета на учения оба экипажа Ту-4 готовились в полном объеме: на каждом из самолетов были подвешены ядерные бомбы, летчики одновременно запустили двигатели, доложили о готовности выполнить задание. Команду на взлет получил экипаж Кутырчева, где бомбардиром был капитан Кокорин, вторым летчиком - Роменский, штурманом - Бабец. Ту-4 сопровождали два истребителя МиГ-17 и бомбардировщик Ил-28, которые должны были вести разведку погоды и киносъемку, а также осуществлять охрану носителя в полете.

"14 сентября нас подняли по тревоге в четыре часа утра. Было ясное и тихое утро, - рассказывает Иван Путивльский. - На небосклоне - ни облачка. На машинах доставили к подножию правительственной трибуны. Мы уселись поплотнее в овраге и сфотографировались. Первый сигнал через громкоговорители правительственной трибуны прозвучал за 15 минут до ядерного взрыва: "Лед тронулся!" За 10 минут до взрыва мы услышали второй сигнал: "Лед идет!" Мы, как нас и инструктировали, выбежали из машин и бросились к заранее подготовленным укрытиям в овраге сбоку от трибуны. Улеглись на живот, головой - в сторону взрыва, как учили, с закрытыми глазами, подложив под голову ладони и открыв рот. Прозвучал последний, третий, сигнал: "Молния!" Вдали раздался адский грохот. Часы остановились на отметке 9 часов 33 минуты".

Атомную бомбу самолет-носитель сбросил с высоты 8 тыс. метров со второго захода на цель. Мощность плутониевой бомбы под кодовым словом "Татьянка" составила 40 килотонн в тротиловом эквиваленте - в несколько раз больше той, что взорвали над Хиросимой. По воспоминаниям генерал-лейтенанта Осина, подобная бомба предварительно была испытана на Семипалатинском полигоне в 1951 году. Тоцкая "Татьянка" взорвалась на высоте 350 м от земли. Отклонение от намеченного эпицентра составило 280 м в северо-западном направлении.

В последний момент ветер переменился: он отнес радиоактивное облако не в безлюдную степь, как ждали, а прямо на Оренбург и дальше, в сторону Красноярска.

Через 5 минут после ядерного взрыва началась артиллерийская подготовка, затем был нанесен удар бомбардировочной авиацией. Заговорили орудия и минометы разных калибров, "катюши", самоходные артиллерийские установки, танки, закопанные в землю. Командир батальона рассказывал нам позднее, что плотность огня на километр площади была больше, чем при взятии Берлина, вспоминает Казанов.

"Во время взрыва, несмотря на закрытые траншеи и блиндажи, где мы находились, туда проник яркий свет, через несколько секунд мы услышали звук в форме резкого грозового разряда, - рассказывает Николай Пильщиков. - Через 3 часа был получен сигнал атаки. Самолеты, нанося удар по наземным целям через 21-22 мин после ядерного взрыва, пересекали ножку ядерного гриба - ствол радиоактивного облака. Я со своим батальоном на бронетранспортере проследовал в 600 м от эпицентра взрыва на скорости 16-18 км/ч. Увидел сожженный от корня до верхушки лес, покореженные колонны техники, обгоревших животных". В самом эпицентре - в радиусе 300 м - не осталось ни одного столетнего дуба, все сгорело... Техника в километре от взрыва была вдавлена в землю..."

"Долину, в полутора километрах от которой находился эпицентр взрыва, мы пересекали в противогазах, - вспоминает Казанов. - Краем глаза успели заметить, как горят поршневые самолеты, автомобили и штабные машины, везде валялись останки коров и овец. Земля напоминала шлак и некую чудовищно взбитую консистенцию. Местность после взрыва трудно было узнать: дымилась трава, бегали опаленные перепелки, кустарник и перелески исчезли. Меня окружали голые, дымящиеся холмы. Стояла сплошная черная стена из дыма и пыли, смрада и гари. Сохло и першило в горле, в ушах стоял звон и шум... Генерал-майор приказал мне измерить дозиметрическим прибором уровень радиации у догорающего рядом костра. Я подбежал, открыл заслонку на днище прибора, и... стрелка зашкалила. "В машину!" - скомандовал генерал, и мы отъехали с этого места, оказавшегося рядом с непосредственным эпицентром взрыва..."

Два дня спустя - 17 сентября 1954 года - в газете "Правда" было напечатано сообщение ТАСС: "В соответствии с планом научно-исследовательских и экспериментальных работ в последние дни в Советском Союзе было проведено испытание одного из видов атомного оружия. Целью испытания было изучение действия атомного взрыва. При испытании получены ценные результаты, которые помогут советским ученым и инженерам успешно решить задачи по защите от атомного нападения". Войска выполнили свою задачу: ядерный щит страны был создан.

Жители окрестных, на две трети сгоревших деревень по бревнышку перетащили выстроенные для них новые дома на старые - обжитые и уже зараженные - места, собрали на полях радиоактивное зерно, запеченную в земле картошку... И еще долго старожилы Богдановки, Федоровки и села Сорочинского помнили странное свечение дров. Поленницы, сложенные из обуглившихся в районе взрыва деревьев, светились в темноте зеленоватым огнем.

Мыши, крысы, кролики, овцы, коровы, лошади и даже насекомые, побывавшие в "зоне", подвергались пристальному обследованию... "После учений мы прошли лишь дозиметрический контроль, - вспоминает Николай Пильщиков. - Гораздо большее внимание специалисты уделили выданному нам в день учений сухому пайку, завернутому почти в двухсантиметровый слой резины... Его тут же забрали на исследование. На следующий день всех солдат и офицеров перевели на обычный рацион питания. Деликатесы исчезли".

Возвращались с Тоцкого полигона, по воспоминаниям Станислава Ивановича Казанова, они не в товарняке, в котором приехали, а в нормальном пассажирском вагоне. Причем состав их пропускали без малейшей задержки. Мимо пролетали станции: пустой перрон, на котором стоял одинокий начальник вокзала и отдавал честь. Причина была проста. В том же поезде, в спецвагоне, с учений возвращался Семен Михайлович Буденный.

"В Москве на Казанском вокзале маршала ждала пышная встреча, - вспоминает Казанов. - Наши курсанты сержантской школы не получили ни знаков отличия, ни специальных удостоверений, ни наград... Благодарность, которую нам объявил министр обороны Булганин, мы также нигде потом не получили".

Летчикам, которые сбросили ядерную бомбу, за успешное выполнение этого задания вручили по автомашине марки "Победа". На разборе учений командир экипажа Василий Кутырчев из рук Булганина получил орден Ленина и, досрочно, звание полковника.

На результаты общевойсковых учений с применением ядерного оружия наложили гриф "совершенно секретно".

Третье поколение людей, переживших испытания на Тоцком полигоне, живет с предрасположенностью к раку

Никаких проверок и обследований участников этого бесчеловечного эксперимента из соображения секретности не проводилось. Все скрывалось и умалчивалось. Потери среди гражданского населения до сих пор неизвестны. Архивы Тоцкой районной больницы с 1954 по 1980 гг. уничтожены.

"В Сорочинском загсе мы сделала выборку по диагнозам умерших за последние 50 лет людей. С 1952 года от онкологии в близлежащих селах умерли 3209 человек. Сразу после взрыва - всего два случая смерти. И потом - два пика: один через 5-7 лет после взрыва, второй - с начала 90-х годов.

Изучили мы и иммунологию у детей: брали внуков людей, переживших взрыв. Результаты нас ошеломили: в иммунограммах сорочинских детей практически отсутствуют натуральные киллеры, которые участвуют в противораковой защите. У детей фактически не работает система интерферон - защита организма от рака. Получается, что третье поколение людей, переживших атомный взрыв, живет с предрасположенностью к раку", - рассказывает профессор Оренбургской медицинской академии Михаил Скачков.

Участникам Тоцких учений не выдали никаких документов, они появились только в 1990 году, когда их приравняли в правах к чернобыльцам.

Из 45 тысяч военных, принимавших участие в Тоцких учениях, ныне в живых осталось чуть более 2 тысяч. Половина из них официально признаны инвалидами первой и второй группы, у 74,5% - выявлены болезни сердечно-сосудистой системы, включая гипертоническую болезнь и церебральный атеросклероз, еще у 20,5% - болезни органов пищеварения, у 4,5% - злокачественные новообразования и болезни крови.

Десять лет назад в Тоцке - в эпицентре взрыва - был установлен памятный знак: стела с колоколами. 14 сентября они будут звонить в память о всех пострадавших от радиации на Тоцком, Семипалатинском, Новоземельском, Капустин-Ярском и Ладожском полигонах.

14 сентября 1954 года власти СССР совершили чудовищное, неслыханное в мировой истории злодеяние: испытания ядерного оружия на собственных гражданах. Ядерное оружие было применено против собственной армии. Погибло более 43 000 человек.

Примеры использования

«Самая большая тайна времен СССР и самый бесчеловечный поступок по отношению к своим гражданам. Акт геноцида. Первые и последние военные учения с применением настоящего ядерного оружия. Сбросили атомную бомбу на Тоцкий район Оренбургской области, с плотностью населения как в Германии, с целью получения медицинских данных о последствиях лучевого поражения и болезнях, вызываемых им. Облучение получили 45 тыс. солдат, участвовавших в учениях, и несколько десятков тысяч мирных жителей. Никого не эвакуировали, ни перед взрывом, ни после него. Солдат послали на «штурм» эпицентра. Выгорело 2/3 всех окружающих деревень. После взрыва люди ели радиоактивные продукты, выкапывали печеную картошку из земли. Медики регулярно приезжали обследовать население. Практически все в последствии преждевременно скончались. В 2000 году осталось всего 500 жертв этого варварского акта. Впоследствии все материалы и документы об этих учениях были уничтожены из соображений секретности».

«14 сентября 1954 г. государство провело над своими гражданами чудовищный эксперимент, равного которому нет в мировой истории - испытание атомного оружия на собственном народе - в центре густонаселенного района Оренбургской области. Из 45 тыс. военных, участвовавших в испытаниях, в живых осталось менее тысячи».

«50 лет назад СССР провел операцию «Снежок»: погибли 43 000 советских солдат… В 10 км от эпицентра взрыва в радиоактивной пыли, среди расплавленного песка, держали оборону «западники». Снарядов и бомб в тот день было выпущено больше, чем при штурме Берлина».

«Армия под руководством маршала Жукова провела под Семипалатинском учения с применением атомного оружия. Сотни танков прошли по территории, где только‑что была сброшена атомная бомба. Многие тысячи военнослужащих получили неприемлемую дозу радиации».

«Думается, генерал армии Иван Ефимович Петров преждевременно ушел из жизни скорее всего в связи с тем, что был непосредственным исполнителем приказа маршала Жукова при взрыве атомной бомбы в Тоцке; в результате чудовищного взрыва тогда погибли десятки тысяч человек.»

Действительность

Были ли учения в СССР чем-то беспрецедентным?

Войсковые учения с применением ядерного оружия впервые состоялись вовсе не в СССР, а в США, во время испытания Buster Dog (1 ноября 1951). Далее информация о американских учениях и испытаниях в основном взята с Gallery of U.S. Nuclear Tests . Более полную информацию можно получить ознакомившись с отчетами об этих учениях . Всего в США было проведено 8 учений Desert Rock, из них 5 – до Тоцких учений.

Дата Название учений Мощность Описание
1.11.1951 Desert Rock I (Buster Dog) воздушный 18-25 кТ Войсковые подразделения общей численностью несколько тысяч человек находились на расстоянии около 11 километров от места взрыва и наблюдали за развитием событий. Через некоторое время после прохождения ударной волны отдельные подразделения совершили марш-броски по направлению к эпицентру взрыва (не доходя до него примерно один километр)
19.11.1951 Desert Rock II (Sugar) воздушный 1,2 кТ Военнослужащие находились на расстоянии 8 км. Совершались марш-броски с переходом через эпицентр
29.11.1951 Desert Rock III (Uncle) воздушный 1 кТ Около 10 тыс. военнослужащих в момент взрыва находились на расстоянии 6,4 километра от эпицентра. Через 2 часа после проведения испытания войсковые подразделения совершали марш-броски к эпицентру. При этом не использовались средства индивидуальной защиты
22.4.1952, 1.5.1952, 25.5.1952, 1.6.1952 Desert Rock IV (учения при испытаниях Charlie, Dog, George, наблюдения при Fox) воздушный 32, 19, 15, 11 кТ В учениях участвовало в разное время от 7300 до 8500 человек.
17.3.1952 - 4.6.1952 Desert Rock V (Upshot-Knothole) воздушный 40-60 кТ Под Upshot-Knothole скрывается ряд испытаний - Annie (17.3.1952, 16 кТ), Nancy (24.3.1952, 24 кТ), Ruth (31.3.1952, 0,2 кТ), Dixie(6.4.1952, 11 кТ), Ray(11.4.1952, 0,2 кТ), Badger(18.4.1952, 23 кТ), Simon(25.4.1952, 43 кТ), Encore(8.5.1952 27 кТ), Harry(19.5.1952, 32 кТ), Grable(25.5.1952, 15 кТ), Climax(4.6.1952, 61 кТ) Всего в учениях участвовало 18000 солдат. Несколько десятков добровольцев пережидали взрыв на растоянии 1.5-2 км, в отрытых стрелковых ячейках. Через 30 мин. после взрыва Climax в эпицентр был произведен вертолетный десант, 39 машин, десантированно 1334 человек.
18.2.1955 - 15.5.1955 Desert Rock VI воздушный 1-29 кТ В рамках операции Teapot было произведено с 18.2.1955 по 15.5.1955 15 взрывов мощностью от 1 до 29 кТ, в учениях участвовало 8000 человек
25.5.1957 Desert Rock VII - VIII воздушный 0,3-74 кТ В рамках операции Plumbbob было произведено подряд сразу два учения. По ряду причин, в том числе и тому что учения перекрываются по времени, обычно рассматривают их вместе. Всего с 28.5.1957 по 7.10.1957 было произведено 29 взрывов, мощностью от 0,3 до 74 кТ. В учениях было задействовано 16000 человек. По данным обследования 1980 г., среди участников Smoky (31.8.1957, 44 кТ) болело лейкемией 3224 человека

Испытание: Buster Dog. Время: 7:30 1 Ноября 1951 (мест.). Место: Невадский испытательный полигон, площадка 7. Тип взрыва: Воздушный, высота 453 м. Заряд: 21 кт. Устройство, обозначенное «NF», представляющее собой Mk-4 с ураново-плутониевым ядром. Предсказанный заряд: 18-25 кт.

Как сказано в документе, четвертое по счету ядерное испытание, которое состоялось 25 апреля 1961 года, было проведено специально для изучения воздействия ядерного оружия на человека. На полигон были отправлены призывники - по существу в качестве подопытных кроликов. Пехотинцы получили приказ через 45 минут после взрыва приблизиться на расстояние нескольких сот метров к его эпицентру и окопаться там в течение 45 минут. На них была только стандартная для пустыни полевая униформа.

Тоцкие учения 14 сентября 1954 года

Район Тоцкого был выбран как малонаселённый, соответствующий рельефом, растительностью и грунтами Европейскому ТВД. Испытаний в такой среде в СССР ещё не проводилось, целью испытаний было изучить воздействие атомного взрыва на инженерные сооружения, военную технику, животных, выявить влияние рельефа местности и растительного покрова на распространение ударной волны, светового излучения и проникающей радиации. Узнать, насколько проходимыми будут лесные завалы в типичной европейской местности, уровень запылённости и задымления, и т.д.

Для исключения поражения войск световым излучением личному составу было запрещено смотреть в сторону взрыва до прохождения ударной или звуковой волны, а подразделениям, наиболее близко расположенным к эпицентру атомного взрыва, для защиты глаз были выданы специальные затемненные пленки к противогазам. Для предотвращения поражения ударной волной войска, располагающиеся наиболее близко (на удалении 5-7,5 км), должны были находиться в укрытиях, далее 7,5 км - в траншеях в положении сидя или лежа.

Для проведения мероприятий по обеспечению безопасности населения район учения в радиусе до 50 км от места взрыва был разбит на пять зон: зона № 1 (запретная зона) - до 8 км от центра взрыва, зона № 2 - от8 до 12 км, зона № 3 - от 12 до 15 км, зона № 4 - от 15 до 50 км в секторе 300- 110 градусов и зона № 5 - расположена к северу от цели по боевому курсу самолета-носителя в полосе шириной 10 км и глубиной 20 км, над которой пролет носителя осуществлялся с открытым бомбоотсеком. Зона № 1 полностью освобождалась от местного населения. Жители населенных пунктов, скот, фураж и все движимое имущество выводились в другие населенные пункты, расположенные не ближе 15 км от эпицентра. В зоне № 2 за 3 ч до атомного взрыва население отводилось в естественные укрытия (овраги, балки), расположенные вблизи населенных пунктов; за 10 мин до взрыва по установленному сигналу все жители должны были лечь на землю лицом вниз. Общественный и личный скот заблаговременно был отогнан в безопасные районы. В зоне № 3 за 1 ч до взрыва население выводилось из домов на приусадебные участки на удаление 15-30 м от строений, за 10 мин до взрыва по сигналу все ложились на землю. В зоне № 4 предусматривалась защита населения только от возможного радиоактивного заражения местности по пути движения облака главным образом в случае наземного взрыва. За 2 ч до взрыва население этой зоны укрывалось в домах в готовности к эвакуации. Население зоны № 5 было вывезено за ее пределы в безопасные районы за 3 ч до взрыва.

В общей сложности на учение привлекалось около 45 тысяч человек личного состава, 600 танков и самоходно-артиллерийских установок, 500 орудий и минометов, 600 бронетранспортеров, 320 самолетов, 6 тысяч тягачей и автомобилей.

За 10 мин до нанесения атомного удара был дан сигнал «атомная тревога», по которому личный состав участвующих в учении войск ушел в укрытия и убежища. Экипажи танков и самоходно-артиллерийских установок заняли свои места в машинах и задраили люки. В 9 ч 33 мин самолет-носитель с высоты 8 тыс. м сбросил атомную бомбу, через 45 с на высоте 350 м от поверхности земли последовал взрыв. Через 5 мин после атомного взрыва началась артиллерийская подготовка, затем был нанесен удар бомбардировочной авиацией.

Всего во время учений было сброшено три бомбы, из них одна бомба - среднего калибра (атомная бомба мощностью около 40 кт) и две бомбы-имитаторы малого калибра.

По окончании артподготовки, в направлении эпицентра взрыва атомной бомбы, на танке (чья броня снижала радиацию в 8-9 раз) были высланы дозоры радиационной разведки, прибывшие в район эпицентра через 40 мин после взрыва. Они установили, что уровень радиации в этом районе через 1 ч после взрыва составлял 50 Р/ч, в зоне радиусом до 300 м - 25 Р/ч, в зоне радиусом 500 м - 0,5 Р/ч и в зоне радиусом 850 м - 0,1 Р/ч. Команда отметила специальными флажками зоны «более 25 Р/ч», «0.5-25 Р/ч», «0.1-0.5 Р/ч». Обозначение границ зон заражения было полностью закончено через 1,5 ч после взрыва, т.е. до выхода наступающих войск в районы заражения. Данные дозоров так же проверялись дистанционным гамма-ренгеномером, установленным на расстоянии 750м от эпицентра. Только эта команда находилась в зоне заражения более 25 Р/час и только эта команда теоретически могла получить сколь-нибудь заметную дозу облучения. Однако находилась она в эпицентре менее получаса, не выходила из-за брони танка (установка флажков осуществлялась автоматически, методом отстрела) и даже чисто теоретически не могла бы получить дозу более 2-3 ренген. Хотелось бы напомнить, что лучевая болезнь 1-й степени происходит при единовременном получении дозы облучения 100-200 рентген.

Около 12:00 передовой отряд механизированной дивизии «восточных», двигаясь впереди боевых порядков первого эшелона и преодолевая очаги пожаров и завалов, вышел в район атомного взрыва. Через 10-15 мин за передовым отрядом в тот же район севернее эпицентра взрыва выдвинулись подразделения стрелкового полка, а южнее - подразделения механизированного полка. Войска двигались по дорогам колоннами. Впереди колонн следовала войсковая радиационная разведка, которая установила, что уровень радиации на местности на удалении 400 м от эпицентра взрыва к этому времени уже не превышал 0,1 Р/ч. Войска преодолевали район атомного удара со скоростью 5 км/ч, а передовой отряд механизированной дивизии в районе эпицентра еще быстрее - 8-12 км/ч. В момент взрыва в воздухе находились самолеты-истребители на удалении 30-35 км, а бомбардировщики - в 100 км от эпицентра взрыва. Ко времени их выхода на цель радиоактивное облако переместилось на 30 км от эпицентра взрыва.

Всего в районе реального ядерного взрыва было задействовано около 3 тысяч человек, то есть не более 10% от всего привлекавшегося к учению личного состава войск, при этом непосредственно через эпицентральную зону прошло около 500 человек.

Некоторые самолеты, нанося удар по наземным целям через 21-22 мин после атомного взрыва, пересекали ножку «атомного гриба» - ствол радиоактивного облака. Дозиметрический контроль летчиков и техники после посадки показал крайне незначительный уровень их заражения. Так, на фюзеляже он составил 0,2-0,3 Р/ч, внутри кабины - 0,02-0,03 Р/ч.

Для проведения санитарной обработки личного состава, а также дезактивации боевой техники, вооружения, обмундирования и снаряжения в войсках предусматривалось развертывание обмывочно-дезактивационных пунктов в заранее намеченных районах. Через 6 часов после входа в область заражения началась полная дезактивация техники, помывка личного состава и тотальная смена верхней одежды. До этого прямо в войсках была проведена частичная дезактивация и санитарная обработка.

Семипалатинские учения 10 сентября 1956 года

Темой учений было обозначено «Применение тактического воздушного десанта вслед за атомным ударом с целью удержания зоны поражения атомного взрыва до подхода наступающих войск с фронта». Основной задачей учения являлось определение времени после взрыва, когда можно будет высадить воздушный десант, а также минимального удаления посадочной площадки от эпицентра воздушного взрыва ядерной бомбы. Кроме того, это учение способствовало приобретению навыков по обеспечению безопасной высадки десанта в пределах зоны поражения ядерного взрыва.

Всего в проведенном учении было задействовано полторы тысячи военнослужащих. Непосредственно в район эпицентра взрыва десантировалось 272 человека: второй парашютно-десантный батальон 345 полка (без одной роты), усиленный взводом 57-мм орудий полковой артиллерии, шестью безоткатными орудиями Б-10, взводом 82-мм минометов и химическим отделением полка со средствами проведения радиационной и химической разведки. Для доставки десанта в район высадки использовался полк вертолетов Ми-4 в составе 27 боевых машин.

Для дозиметрического сопровождения и контроля за радиационной обстановкой были выделены и действовали вместе десантом четыре офицера-дозиметриста, из расчета по одному на каждую десантную роту, а также старший дозиметрист, который сопровождал головную машину командира полка. Основной задачей офицеров-дозиметристов являлось исключение возможности посадки вертолетов и высадки десанта на местности с уровнем радиации выше 5 рентген в час и, кроме того, осуществление контроля за выполнением личным составом десанта требований по радиационной безопасности.

Весь личный состав десанта и экипажи вертолетов были обеспечены средствами индивидуальной защиты. дезактивации и необходимым количеством дозиметрических приборов. Чтобы не допустить попадания радиоактивных веществ в организм солдат, было принято решение десантировать личный состав без продовольствия, запасов питьевой воды и курительных принадлежностей.

Взрыв ядерной авиационной бомбы, сброшенной с самолета Ту-16, поднявшегося на высоту восемь км, произошел в 270 метрах от земли. Тротиловый эквивалент взрыва составил 38 кт.

Через 25 минут после взрыва, когда прошел фронт ударной волны и облако взрыва достигло максимальной высоты, дозоры нейтральной радиационной разведки выехали на автомобилях с исходного рубежа, произвели разведку района взрыва. обозначили рубеж высадки и сообщили по радио о возможности десантирования в районе взрыва. Рубеж десантирования был обозначен на удалении 650-1000 метров от эпицентра. Его протяженность составляла 1300 метров. Уровень радиации на местности в момент высадки десанта составлял от 0,3 до 5 рентген в час.

Посадка вертолетов в назначенном районе была произведена через 43 минуты после ядерного взрыва.

Через 7 минут после посадки вертолеты взлетели для следования в пункт специальной обработки. Через 17 минут после посадки подразделения десанта вышли на рубеж, на котором закрепились и отбили контратаку противника. Через 2 часа после взрыва был объявлен отбой учению, после чего весь личный состав десанта с вооружением и боевой техникой был доставлен для проведения санитарной обработки и дезактивации.

Выводы

В отличие от тех же учений Desert Rock, Тоцкие и Семипалатинские учения проводились с гораздо более строгими мерами безопасности. Строгий дозиметрический контроль, большое время ожидания после взрыва, укрытия для личного состава, средства защиты – за безопасностью следили на более высоком уровне.

Разумеется, в ходе учений были возможны различные ЧП, связанные с человеческим фактором. Говорят, во время Тоцких учениях группа солдат, разбирая завалы, отказалась одеть защитное снаряжение. Другая группа солдат якобы сохранила обмундирование. Говорят, часть местных жителей, выселенных из попавших под взрыв деревень в специально построенные для них новые дома, перенесла впоследствии эти дома на старые места. Возможно - не будем обсуждать, правда ли это. В любом случае, это уже не вина государства, и тем более не его злой умысел, а результат обычного человеческого разгильдяйства. Со стороны же государства всё было сделано разумно и со строжайшим соблюдением мер безопасности, с соблюдением мер безопасности более строгим, чем в самой демократической стране мира. Так что говорить об «испытаниях на людях» - чистейшей воды ложь, абсолютно антиисторичная.

Людям же, уверенным, что в 10 км от эпицентра взрыва мощностью 40 килотонн имеется расплавленный песок – можно посоветовать только попытаться вспомнить, чему их учили в школе на уроках НВП и ГО.

Что касается «погибли 43 000 солдат», то тут мы опять-таки имеем дело с откровенной ложью. Естественно, во время учений никто не погиб, и авторы этой жареной сенсации, прекрасно зная об этом, просто так хлёстко формулируют свою мысль, подразумевая, что 43 000 солдат якобы умерли позже, в результате последствий облучения. Однако в реальности речь идёт об извращённой интерпретации того факта, что к 2004 году в живых осталось около 2 000 участников этих учений. В учениях участвовали люди возрастной группы 20-40 лет, прошло 50 лет и возраст бывших участников колеблется от 70 до 90 лет. Даже самые молодые из участвовавших в учениях стали глубокими стариками. В современной России, увы, мало кто из мужчин доживает до 70 лет – и дело тут отнюдь не в Тоцких учениях.

«результаты проведенного в 1994-1995 гг. российскими и американскими специалистами изучения радиоэкологической обстановки на территории Тоцкого полигона и в прилегающих к нему районах полностью подтвердили данные о радиационных параметрах, полученные ранее специалистами Ленинградского НИИ радиационной гигиены и других научных учреждений. Результаты последнего радиоэкологического обследования Тоцкого полигона свидетельствуют о том, что радиационная обстановка на его территории характеризуется параметрами естественного радиационного фона».

Что же касается проживающих рядом с районом учений, то их здоровье не отличается от среднего по стране: «Средний прирост смертности в области от злокачественных новообразований (в 1970 г. - 103,6, в 1991 г - 173 на 100000 жителей), равный примерно 35% в год, соответствует средним показателям в Российской Федерации и в других европейских государствах».

Тоцкий полигон вошёл в историю благодаря проводившимся на его территории тактическим учениям войск под кодовым названием «Снежок», в ходе которых военнослужащие и гражданские лица подверглись прямому воздействию радиации. Суть учений состояла в отработке возможностей прорыва обороны противника с использованием ядерного оружия. Материалы, связанные с данными учениями, до сих пор не до конца рассекречены.

Ни участники Тоцкого эксперимента, ни жители ближайших к полигону посёлков до сих пор не знают, к каким последствиям привели и приводят те секретные испытания. Корреспондент АиФ.ru поговорила с жителями села Тоцкого и непосредственным участником ядерного эксперимента.

Леониду Погребному до сих пор снятся учения на Тоцком полигоне. Фото: АиФ / Полина Седова

Кошмар наяву

«Нас похоронило заживо. Я вместе со своим отрядом лежал в траншее глубиной 2,5 метра на расстоянии 6 км от взрыва. Сначала была яркая вспышка, потом услышали такой громкий звук, что на минуту-другую оглохли. Через мгновенье почувствовали дикий жар, тут же стали мокрыми, было тяжело дышать. Стены нашей траншеи сомкнулись над нами. Спаслись только благодаря Коле, который за секунду до взрыва сел поправить пилотку. Поэтому он смог вылезти из траншеи и откапывал нас», — вспоминает участник тоцких учений Леонид Погребной .

На горизонте между тем рос огненный столб. Там, где недавно пели птицы и стояли вековые дубы, возвышался атомный гриб, заслонивший полнеба. Пахло гарью, а вокруг не осталось ничего живого. Уже позже мужчина поймёт, что последствия тех учений, на которые его призвали как офицера запаса, не менее ужасны, чем созерцание самого «гриба».

Это одна из немногих доступных фотографий атомного взрыва на Тоцком полигоне. Фото: АиФ / Полина Седова

Взрыв атомной бомбы мощностью около 40 кт был осуществлен в 9 часов 33 минуты московского времени. Бомба была сброшена с высоты 8 км. Взрыв произошел, когда бомба находилась в 350 м от земли. Мощность взрыва вдвое превышала мощность бомб, сброшенных на японские города Хиросиму и Нагасаки. В учениях участвовали около 45 тысяч военнослужащих. Часть из них прошли через зону поражения сразу после взрыва.

«Из девяти человек, кто работал в составе биологической группы особого назначения, остался я один. У меня образование ветеринара, поэтому мне поручили отобрать клинически здоровых животных — лошадей, крупный и мелкий рогатый скот, свиней и даже кроликов. Мы разместили их на расстоянии 500 метров от предполагаемого эпицентра взрыва под разными системными укрытиями. Лошади — под бетонными урытиями, свиней — под дощатыми, коров — под свайными, кроликов и коз — в самолётах и танках. В живых остались только лошади и несколько коров, но на них было жалко смотреть — оплавившиеся рога, а тела будто облили кипятком».

От остальных животных остался лишь пепел или отдельные фрагменты — копыта и хвосты. От температуры поплавились самолёты, а песок превратился в гранулированное стекло. Ударная волна перевернула многотонные танки, оторвала их башни и отбросила на полкилометра.

Взрыв был произведён в непосредственной близости от посёлков. Схема из книги. Фото: АиФ / Полина Седова

На месте деревьев стояли обгоревшие колья, множество степных зверей и птиц погибло, немногие выжившие ослепли. В домах на расстоянии 25 километров вылетали оконные рамы, трескались стены. Две деревни, к счастью, заранее переселённые, сгорели дотла.

Леонид Петрович признаётся, что сам взрыв и животные до сих пор снятся ему в кошмарах.

Умирали от рака

После испытаний здоровый 26-летний Леонид начал жаловаться на неизлечимые головные боли и постоянную слабость. Через три года у него родилась младшая дочь, также мучающаяся головными болями. Девочке поставили диагноз — врождённая мигрень. Болезнь позже передалась и её сыну. «Генная мутация», — качает головой Леонид Петрович.

Многие участники Тоцкого ядерного эксперимента умирали от онкологии. Два ветеринарных фельдшера, работавших под руководством Погребного, в течении года после учений умерли от рака: один от рака лёгких, хотя никогда не курил, второй — от рака поджелудочной железы.

На месте взрыва теперь вновь растёт трава и стоит мемориал с колоколами. Фото: АиФ / Полина Седова

Родственники Леонида Петровича, жившие недалеко от полигона, тоже умирали от рака. Сейчас существуют две версии пагубных последствий эксперимента: то ли вредное воздействие радиации не было хорошо изучено и мирное население рисковало по неведнию, то ли власти специально испытывали воздействие радиации на человеческий организм.

«Тогда самым страшным последствием взрыва считалась ударная волна, поэтому все сидели в укрытиях. Нам выдали плащ-накидки и противогазы. Сейчас такое обмундирование кажется смешным, но именно благодаря противогазам мы выжили, когда траншею засыпало», — говорит Леонид Погребной.

Сам Леонид Петрович тоже стоял одной ногой в могиле: гемоглобин был почти на нуле, дело шло к лейкозу. Мужчина спасся от смертельной болезни лишь чудом: брат постоянно отправлял с Дальнего Востока посылки с чёрной и красной икрой.

«Сегодня не хотят устанавливать взаимосвязь между онкологией и ядерным взрывом, хотя всем давно известно, что по числу больных раком наш регион существенно превосходит средние показатели по России», — вздыхает ветеран подразделений особого риска.

Такое обмундирование получали участники ядерного эксперимента. Фото: АиФ / Полина Седова

Спасали велосипеды

Клавдии Карасёвой в 1954 году было 17 лет. Она хорошо помнит толпы военных в родном Тоцком. Все знали о готовящихся масштабных учениях, никого не удивляла огромная техника — танки, самолёты, БТРы. За каждыми десятью дворами закрепляли человека, который вёл разъяснительные беседы, советовал отсюда уходить подальше и проводил инструктажи, как вести себя во время взрыва.

«Меня мама отправила в путь с подружкой, а сама осталась дома. Соседи отдали нам свои велосипеды, чтобы те в случае чего не пострадали. Мы всю ночь ехали через лес, с нами шли ещё человек 20. Под утро сил не осталось, все хотели спать. Но тут за нашими спинами что-то грохнуло, мы обернулись — а там "гриб", как будто над нашим селом. Про усталость тут же забыли и бросились домой», — вспоминает события 60-летней давности теперь уже пенсионерка Клавдия Никифоровна.

Местные жители привыкли к постоянным стрельбам на полигоне: ведь он существовал задолго до учений 60-летней давности. О том, что там будут испытывать атомное оружие, сельчанам, разумеется, не говорили, но слухи всё же ходили.

Цитата Георгия Жукова из книги о тоцком взрыве. Фото: АиФ / Полина Седова

Тогда никто не мог представить и опасных последствий ядерного взрыва. Дети играли поблизости от эпицентра, взрослые собирали в лесах небывало большие грибы и ягоды. Многие топили печи дровами, обгоревшими после взрыва.

Участники Тоцкого испытания давали подписку о неразглашении государственной тайны сроком на 25 лет, хотя их рассказы мало чем отличаются от воспоминаний очевидцев. Леонид Погребной до сих пор не знает ничего о тех выживших животных, которых они отправили на обследование куда-то в столицу. За 60 лет после взрыва достоверной информации об испытаниях появилось мало.

За 60 лет было издано несколько книг с воспоминаниями участников тоцких испытаний. Фото: АиФ / Полина Седова

Мало в свободном доступе и фотоснимков — в то время работа профессиональных фотографов и операторов изымалась, а любительскими фотокамерами в 50-е годы могли похвастаться лишь единицы, и большинство из них жили не в провинции. Но до наших дней дошёл легендарный снимок жителя Сорочинска.

Утром 14 сентября 1954 года музыкальный руководитель районного дома культуры Иван Шаронин , выйдя на улицу, увидел огромное огненное облако. Мужчина схватил фотоаппарат, которым накануне «щёлкал» детвору, и сделал снимок, но впопыхах не передвинул кадр. Так дети навечно застыли на фоне ядерного гриба.

Снимок атомного «гриба» наложился на кадр с детьми. Фото: Иван Шаронин

Цель оправдала средства?

Журналист Татьяна Филимонова не раз беседовала с очевидцами и участниками событий 1954 года. Она говорит, что тогда все воспринимали эти учения как должное: отвоевали мир в Великую Отечественную — теперь нужно его отстоять.

«Мы были патриоты, коли надо — значит надо. Говорили, что будет тяжело, но надо пережить учения ради будущего страны. С политической, государственной позиции всё сделано правильно. Вскоре после этого закончилась холодная война. Но с человеческой, житейской точки зрения мы были подопытными, как те же лошади и кролики», — размышляет Леонид Погребной.

Сегодня те немногие, кто остался в живых, и их потомки обижаются на власть: мол, сделали нас заложниками, «атомными» людьми, а правды о тех событиях до сих пор не открыли. Льгот лишили в 90-х годах (хотя, по некоторым сведениям, последствия Тоцкого взрыва катастрофичнее чернобыльской аварии), ни разу не делали массового медицинского обследования жителей.

Даже на молодёжном сленге школьники говорят о последствиях атомного взрыва. Фото: АиФ / Полина Седова

«Все данные и о радиационном фоне, и об обследовании животных, попавших в эпицентр взрыва, и многие другие показатели находятся у военных. Нам их наверняка никогда не скажут. Да мы и сами не станем спрашивать, в неведении жить спокойнее. Сейчас опаснее "душевная радиация" — то враньё, которое льётся с экранов ТВ, — заключает Татьяна Филимонова. — Обидно, что ветеранов подразделений особого риска незаслуженно забывают. Они тогда добровольно принесли себя в жертву, чтобы люди поняли опасность ядерного оружия и не применяли его».


14 сентября 1954 года в СССР впервые применили ядерное оружие на общевойсковых учениях. Главными инициаторами проведения подобного эксперимента считают Бориса Ванникова, руководившего программой создания и производства ядерного оружия, и маршала Советского Союза Александра Василевского – первого заместителя министра обороны СССР. Впрочем, не только они, но и всё высшее военное руководство Советского Союза страстно жаждало узнать на практике, смогут ли советские солдаты подняться в атаку после ядерного удара: с 1949 по 1953 год военные направили «высшей инстанции» свыше 20 представлений о проведении войсковых учений с реальным применением ядерного оружия.

Поскольку наносить ядерные удары и затем наступать советские маршалы планировали исключительно в Европе, то и полигон подыскивали наиболее оптимальный именно для моделирования прорыва советских танковых армий в глубь Западной Европы.

Тему учений сформулировали соответствующую: «Прорыв подготовленной тактической обороны противника с применением атомного оружия».
Выбор пал на Тоцкий полигон в Оренбургской области. По сей день представители военного ведомства талдычат, что-де окрестности Тоцкого выбрали из соображений безопасности населения и войск. Но маршалов, выросших из сталинской шинели, безопасность людей точно не заботила: их интересовало, смогут ли танки и пехота после атомного взрыва преодолеть пересечённую местность с большим количеством холмов, лощин, дубрав, разделённую широкими долинами небольших рек.

Как говорилось в одном из документов, «пересечённая местность в районе, намеченном для взрыва атомной бомбы, обеспечивала всестороннюю оценку воздействия атомного взрыва на инженерные сооружения, военную технику, животных и позволяла выявить влияние рельефа местности и растительного покрова на распространение ударной волны, светового излучения и проникающей радиации». Ещё очень интересовало военных, насколько будут проходимы для танков после атомного взрыва лесные угодья.




Руководство учениями поручили первому заместителю министра обороны Маршалу Советского Союза Георгию Жукову, а строго засекреченной акции дали легковесно-романтическое и даже циничное кодовое наименование: операция «Снежок». К учениям было привлечено, по официальным данным, 45 тысяч человек, 600 танков и самоходно-артиллерийских установок (САУ), 500 орудий и минометов, 600 бронетранспортеров, 320 самолетов, шесть тысяч тягачей и автомобилей. В исходных районах размещения войск было отрыто свыше 380 км траншей (реально километраж отрытых траншей и окопов шёл на тысячи километров), построено более 500 блиндажей и других укрытий. За двое-трое суток до начала учения туда стали прибывать высшие военачальники: Маршалы Советского Союза Василевский, Рокоссовский, Конев, Малиновский...




Приехали военные делегации соцстран, а за сутки до учений в «правительственном городке» появились Никита Хрущев, министр обороны Николай Булганин и академик Игорь Курчатов.

Окончательное решение на взрыв атомной бомбы было утверждено после заслушивания доклада о метеообстановке в 9 часов 20 минут 14 сентября 1954 года. Приказ о сбросе по радио доведён до уже находившегося в воздухе экипажа бомбардировщика Ту-4 (аналог американского бомбардировщика В-29 Superfortress: полностью «слизан» с него в 1945 – 1947 гг. советскими разработчиками по указанию Сталина) под командованием майора Василия Кутырчева.

За 10 минут до нанесения атомного удара был дан сигнал «атомная тревога» (по воспоминаниям свидетелей, из репродукторов прозвучали кодовые слова: «Лёд идёт!»), по которому часть личного состава участвующих в учении войск ушла в укрытия и убежища. «Улеглись на живот, головой в сторону взрыва, как учили, – вспоминал один из участников учений, – с закрытыми глазами, подложив под голову ладони и открыв рот...». Экипажи танков и САУ заняли свои места в машинах, задраив люки.


В 9 часов 34 минуты Ту-4 с высоты 8 тысяч метров произвёл сброс плутониевой бомбы РДС-2 (кодовое наименование «Татьянка») с тротиловым эквивалентом 40-60 килотонн. Самолёт Кутырчева сопровождали истребители МиГ-17. При этом истребители сопровождения были с полным боекомплектом и, как утверждает ряд источников, имели приказ немедленно сбить Ту-4 при попытке сильно отклониться от маршрута – дабы экипаж случайно или намеренно не отбомбился близ правительственных трибун. «Татьянка» взорвалась через 45-48 секунд после сброса на высоте примерно 350 метров с отклонением от цели на 280 метров.




Через пять минут после взрыва началась артподготовка, затем удар с воздуха нанесли бомбардировщики, сопровождаемые истребителями. Часть самолётов при этом прошла через радиоактивное облако. Уже через 10 минут после атомного взрыва к его эпицентру прибыли дозоры радиационной разведки. По официально не подтверждённым данным, один из дозиметрических отрядов, направленных к эпицентру, был составлен из заключённых, а его командир получил приказ расстреливать подчинённых на месте за любое проявление неповиновения...
Затем через район атомного взрыва по приказу Жукова двинулись войсковые колонны.

Техника преодолевала заражённую зону со средней скоростью 5 км/час. Никакой спецзащиты у бойцов не было: стандартное хлопчато-бумажное обмундирование, шинель, бумажная накидка да противогаз. Впрочем, противогазы многие солдаты скидывали, поскольку долго находиться в них было невозможно. «Мы вылезли из укрытия и сняли противогазы», – вспоминал один из участников учений. О том, что такое радиация, никто солдатам толком ничего не разъяснял.

Официально утверждается: дозиметрический контроль на полигоне был идеален, все военнослужащие прошли санобработку на специальных пунктах, им заменили верхнее обмундирование, подвергли дезактивации и технику. Насчёт техники наверняка не врут, а вот с людьми всё было иначе: ни один из выживших участников испытаний ни про какую санобработку и тем паче полноценное обследование состояния здоровья не вспоминал – не было этого. Разве лишь тут же отобрали ранее выданный и завернутый в резину сухой паёк – на исследование. И вместо санобработки – купание в заражённой радиацией речке Сакмарка. Даже обмундирование заменили вовсе не у всех, а те шинели, что отобрали, потом донашивали солдаты уже других призывов. Зато самому пристальному вниманию подверглись мыши, крысы, кролики, овцы, коровы, лошади и даже насекомые, побывавшие в зоне атомного удара.

Конечно, через район атомной бомбардировки прогнали вовсе не все 45 тысяч участников учений. Но свою дозу облучения схватили почти все – кроме самого высокого начальства, разумеется.

Большую часть из принимавших участие в учениях составляли военнослужащие Брестского гарнизона – 36 тысяч: один из источников утверждает, что две трети этих «брестцев» скончались уже спустя несколько лет, остальные же были обречены на жизнь в муках. Ни подтвердить, ни опровергнуть это невозможно: все участники учений дали подписку о неразглашении военной тайны в течении 25 лет. Поэтому даже врачам (а также собственным женам и детям) нельзя было рассказывать об истинных причинах своих многочисленных заболеваний. Фактически же молчать пришлось до краха СССР...

И можно лишь догадываться, какие последствия это имело для семей «атомных солдат» Жукова: многие, прежде чем окончательно стали полными инвалидами, успели обзавестись детьми.

Но солдаты хотя бы уехали. А вот местные жители остались: на время учений их эвакуировали, но потом они вернулись – в свои деревеньки и на свои поля, – уже заражённые радиацией. Купались в радиоактивных реках и ловили там рыбу, пили заражённую воду, ходили в заражённые леса, собирали и ели радиоактивные грибы и ягоды... По сей день у семи из десяти детей в Сорочинском районе Оренбургской области проблемы с щитовидной железой, иммунная система уроженцев района «ни к чёрту». Но анализы жителей окрестностей Тоцкого беспокоят врачей областного центра, как написал один из блоггеров, только до того момента, когда они узнают откуда пациент: «А-а, это Тоцкое…».




В одном из интервью профессор Оренбургской государственной медицинской академии Михаил Скачков рассказал, что результаты исследования иммунологии жителей Сорочинского района ошеломляют. У детей фактически не работает система интерферона – защита организма от рака. Получается, что третье поколение людей, переживших атомный взрыв, живёт с предрасположенностью к раку...».

Был ли реально востребован опыт наступления через эпицентр ядерного взрыва и атомного эксперимента над людьми, загадка. Вот и получается, что советские маршалы просто удовлетворили своё любопытство, попутно выяснив, что советский солдат может идти в атаку даже через эпицентр атомного взрыва.

Операция "Снежок" - эксперимент над мужчинами в СССР (43 тысячи трупов)

14 сентября отмечалась 50-я годовщина трагических событий на Тоцком полигоне. То, что произошло 14 сентября 1954 года в Оренбургской области, долгие годы окружала плотная завеса секретности.

В 9 часов 33 минуты над степью прогремел взрыв одной из самых мощных по тем временам ядерных бомб. Следом в наступление - мимо горящих в атомном пожаре лесов, снесенных с лица земли деревень - ринулись в атаку "восточные" войска.

Самолеты, нанося удар по наземным целям, пересекали ножку ядерного гриба. В 10 км от эпицентра взрыва в радиоактивной пыли, среди расплавленного песка, держали оборону "западники". Снарядов и бомб в тот день было выпущено больше, чем при штурме Берлина.

Со всех участников учений была взята подписка о неразглашении государственной и военной тайны сроком на 25 лет. Умирая от ранних инфарктов, инсультов и рака, они даже лечащим врачам не могли рассказать о своем облучении. Немногим участникам Тоцких учений удалось дожить до сегодняшнего дня. Спустя полвека они рассказали "Московскому комсомольцу" о событиях 54-го года в Оренбургской степи.

Подготовка к операции "Снежок"

"Весь конец лета на маленькую станцию Тоцкое со всего Союза шли воинские эшелоны. Никто из прибывающих - даже командование войсковых частей - понятия не имел, зачем они здесь оказались. Наш эшелон на каждой станции встречали женщины и дети. Вручая нам сметану и яйца, бабы причитали: "Родимые, небось в Китай воевать едете", рассказывает председатель Комитета ветеранов подразделений особого риска Владимир Бенцианов.

В начале 50-х всерьез готовились к Третьей мировой войне. После проведенных в США испытаний в СССР также решили опробовать ядерную бомбу на открытой местности. Место учений - в оренбургской степи - выбрали из-за сходства с западноевропейским ландшафтом.

"Сначала общевойсковые учения с реальным ядерным взрывом планировалось провести на ракетном полигоне Капустин Яр, но весной 1954-го была проведена оценка Тоцкого полигона, он и был признан лучшим по условиям обеспечения безопасности", - вспоминал в свое время генерал-лейтенант Осин.

Участники Тоцких учений рассказывают иное. Поле, где планировалось сбросить ядерную бомбу, было видно как на ладони.

"Для учений из отделений у нас отобрали самых крепких ребят. Нам выдали личное табельное оружие - модернизированные автоматы Калашникова, скорострельные десятизарядные автоматические винтовки и радиостанции Р-9", - вспоминает Николай Пильщиков.

Палаточный лагерь растянулся на 42 километра. На учения прибыли представители 212 частей - 45 тысяч военнослужащих: 39 тысяч солдат, сержантов и старшин, 6 тысяч офицеров, генералов и маршалов.

Подготовка к учениям под кодовым названием "Снежок" длилась три месяца. К концу лета огромное Боевое поле было буквально испещрено десятками тысяч километров окопов, траншей и противотанковых рвов. Построили сотни дотов, дзотов, блиндажей.

Накануне учений офицерам показали секретный фильм о действии ядерного оружия. "Для этого был построен специальный кинопавильон, в который пропускали лишь по списку и удостоверению личности в присутствии командира полка и представителя КГБ. Тогда же мы услышали: "Вам выпала великая честь - впервые в мире действовать в реальных условия применения ядерной бомбы". Стало понятно, для чего окопы и блиндажи мы накрывали бревнами в несколько накатов, тщательно обмазывая выступающие деревянные части желтой глиной. "Они не должны были загореться от светового излучения", - вспоминал Иван Путивльский.

"Жителям деревень Богдановка и Федоровка, которые находились в 5-6 км от эпицен тра взрыва, было предложено временно эвакуироваться за 50 км от места проведения учения. Их организованно вывозили войска, брать с собой разрешалось все. Весь период учения эвакуированным жителям платили суточные", - рассказывает Николай Пильщиков.

"Подготовка к учениям велась под артиллерийскую канонаду. Сотни самолетов бомбили заданные участки. За месяц до начала ежедневно самолет Ту-4 сбрасывал в эпицентр "болванку" - макет бомбы массой 250 кг" - вспоминал участник учений Путивльский.

По воспоминаниям подполковника Даниленко, в старой дубовой роще, окруженной смешанным лесом, был нанесен белый известковый крест размером 100х100 м. В него-то и метили тренирующиеся летчики. Отклонение от цели не должно было превышать 500 метров. Кругом располагались войска.

Тренировалось два экипажа: майора Кутырчева и капитана Лясникова. До самого последнего момента летчики не знали, кто пойдет основным, а кто будет дублером. Преимущество было у экипажа Кутырчева, который уже имел опыт летных испытаний атомной бомбы на Семипалатинском полигоне.

Для предотвращения поражений ударной волной войскам, располагающимся на отдалении 5-7,5 км от эпицентра взрыва, было предписано находиться в укрытиях, а далее 7,5 км - в траншеях в положении сидя или лежа.

На одной из возвышенностей, в 15 км от запланированного эпицентра взрыва построили правительственную трибуну для наблюдения за учениями, - рассказывает Иван Путивльский. - Накануне ее выкрасили масляными красками в зеленый и белый цвета. На трибуне были установлены приборы наблюдения. Сбоку к ней от железнодорожной станции по глубоким пескам проложили асфальтированную дорогу. Никакие посторонние автомашины военная автоинспекция на эту дорогу не пускала".

"За трое суток до начала учения на полевой аэродром в районе Тоцка стали прибывать высшие военачальники: маршалы Советского Союза Василевский, Рокоссовский, Конев, Малиновский, - вспоминает Пильщиков. - Прибыли даже министры обороны стран народной демократии, генералы Мариан Спыхальский, Людвиг Свобода, маршал Чжу-Дэ и Пэн-Дэ-Хуай. Все они размещались в заранее построенном в районе лагеря правительственном городке. За сутки до учений в Тоцке появился Хрущев, Булганин и создатель ядерного оружия Курчатов".

Руководителем учений был назначен маршал Жуков. Вокруг эпицентра взрыва, обозначенного белым крестом, была расставлена боевая техника: танки, самолеты, бронетранспортеры, к которым в траншеях и на земле привязали "десант": овец, собак, лошадей и телят.

С 8 000 метров бомбардировщик Ту-4 сбросил на полигон ядерную бомбу

В день вылета на учения оба экипажа Ту-4 готовились в полном объеме: на к аждом из самолетов были подвешены ядерные бомбы, летчики одновременно запустили двигатели, доложили о готовности выполнить задание. Команду на взлет получил экипаж Кутырчева, где бомбардиром был капитан Кокорин, вторым летчиком - Роменский, штурманом - Бабец. Ту-4 сопровождали два истребителя МиГ-17 и бомбардировщик Ил-28, которые должны были вести разведку погоды и киносъемку, а также осуществлять охрану носителя в полете.

"14 сентября нас подняли по тревоге в четыре часа утра. Было ясное и тихое утро, - рассказывает Иван Путивльский. - На небосклоне - ни облачка. На машинах доставили к подножию правительственной трибуны. Мы уселись поплотнее в овраге и сфотографировались. Первый сигнал через громкоговорители правительственной трибуны прозвучал за 15 минут до ядерного взрыва: "Лед тронулся!". За 10 минут до взрыва мы услышали второй сигнал: "Лед идет!". Мы, как нас и инструктировали, выбежали из машин и бросились к заранее подготовленным укрытиям в овраге сбоку от трибуны. Улеглись на живот, головой - в сторону взрыва, как учили, с закрытыми глазами, подложив под голову ладони и открыв рот. Прозвучал последний, третий, сигнал: "Молния!". Вдали раздался адский грохот. Часы остановились на отметке 9 часов 33 минуты".

Атомную бомбу самолет-носитель сбросил с высоты 8 тыс. метров со второго захода на цель. Мощность плутониевой бомбы под кодовым словом "Татьянка" составила 40 килотонн в тротиловом эквиваленте - в несколько раз больше той, что взорвали над Хиросимой. По воспоминаниям генерал-лейтенанта Осина, подобная бомба предварительно была испытана на Семипалатинском полигоне в 1951 году. Тоцкая "Татьянка" взорвалась на высоте 350 м от земли. Отклонение от намеченного эпицентра составило 280 м в северо-западном направлении.

В последний момент ветер переменился: он отнес радиоактивное облако не в безлюдную степь, как ждали, а прямо на Оренбург и дальше, в сторону Красноярска.

Через 5 минут после ядерного взрыва началась артиллерийская подготовка, затем был нанесен удар бомбардировочной авиацией. Заговорили орудия и минометы разных калибров, "катюши", самоходные артиллерийские установки, танки, закопанные в землю. Командир батальона рассказывал нам позднее, что плотность огня на километр площади была больше, чем при взятии Берлина, вспоминает Казанов.

"Во время взрыва, несмотря на закрытые траншеи и блиндажи, где мы находились, туда проник яркий свет, через несколько секунд мы услышали звук в форме резкого грозового разряда, - рассказывает Николай Пильщиков. - Через 3 часа был получен сигнал атаки. Самолеты, нанося удар по наземным целям через 21-22 мин после ядерного взрыва, пересекали ножку ядерного гриба - ствол радиоактивного облака. Я со своим батальоном на бронетранспортере проследовал в 600 м от эпицентра взрыва на скорости 16- 18 км/ч. Увидел сожженный от корня до верхушки лес, покореженные колонны техники, обгоревших животных". В самом эпицентре - в радиусе 300 м - не осталось ни одного столетнего дуба, все сгорело... Техника в километре от взрыва была вдавлена в землю...

"Долину, в полутора километрах от которой находился эпицентр взрыва, мы пересекали в противогазах, - вспоминает Казанов. - Краем глаза успели заметить, как горят поршневые самолеты, автомобили и штабные машины, везде валялись останки коров и овец. Земля напоминала шлак и некую чудовищно взбитую консистенцию. Местность после взрыва трудно было узнать: дымилась трава, бегали опаленные перепелки, кустарник и перелески исчезли. Меня окружали голые, дымящиеся холмы. Стояла сплошная черная стена из дыма и пыли, смрада и гари. Сохло и першило в горле, в ушах стоял звон и шум... Генерал-майор приказал мне измерить дозиметрическим прибором уровень радиации у догорающего рядом костра. Я подбежал, открыл заслонку на днище прибора, и... стрелка зашкалила. "В машину!", - скомандовал генерал, и мы отъехали с этого места, оказавшегося рядом с непосредственным эпицентром взрыва..."

Два дня спустя - 17 сентября 1954 года - в газете "Правда" было напечатано сообщение ТАСС: "В соответствии с планом научно-исследовательских и экспериментальных работ в последние дни в Советском Союзе было проведено испытание одного из видов атомного оружия. Целью испытания было изучение действия атомного взрыва. При испытании получены ценные результаты, которые помогут советским ученым и инженерам успешно решить задачи по защите от атомного нападения".

Войска выполнили свою задачу: ядерный щит страны был создан.

Жители окрестных, на две трети сгоревших деревень по бревнышку перетащили выстроенные для них новые дома на старые - обжитые и уже зараженные - места, собрали на полях радиоактивное зерно, запеченную в земле картошку... И еще долго старожилы Богдановки, Федоровки и села Сорочинского помнили странное свечение дров. Поленницы, сложенные из обуглившихся в районе взрыва деревьев, светились в темноте зеленоватым огнем.

Мыши, крысы, кролики, овцы, коровы, лошади и даже насекомые, побывавшие в "зоне", подвергались пристальному обследованию... "После учений мы прошли лишь дозиметрический контроль, - вспоминает Николай Пильщиков. - Гораздо большее внимание специалисты уделили выданному нам в день учений сухому пайку, завернутому почти в двухсантиметровый слой резины... Его тут же забрали на исследование. На следующий день всех солдат и офицеров перевели на обычный рацион питания. Деликатесы исчезли".

Возвращались с Тоцкого полигона, по воспоминаниям Станислава Ивановича Казанова, они не в товарняке, в котором приехали, а в нормальном пассажирском вагоне. Причем состав их пропускали без малейшей задержки. Мимо пролетали станции: пустой перрон, на котором стоял одинокий начальник вокзала и отдавал честь. Причина была проста. В том же поезде, в спецвагоне, с учений возвращался Семен Михайлович Буденный.

"В Москве на Казанском вокзале маршала ждала пышная встреча, - вспоминает Казанов. - Наши курсанты сержантской школы не получили ни знаков отличия, ни специальных удостоверений, ни наград... Благодарность, которую нам объявил министр обороны Булганин, мы также нигде потом не получили".

Летчикам, которые сбросили ядерную бомбу, за успешное выполнение этого задания вручили по автомашине марки "Победа". На разборе учений командир экипажа Василий Кутырчев из рук Булганина получил орден Ленина и, досрочно, звание полковника.

На результаты общевойсковых учений с применением ядерного оружия наложили гриф "совершенно секретно".

Третье поколение людей, переживших испытания на Тоцком полигоне живет с предрасположенностью к раку

Никаких проверок и обследований участников этого бесчеловечного эксперимента из соображения секретности не проводилось. Все скрывалось и умалчивалось. Потери среди гражданского населения до сих пор неизвестны. Архивы Тоцкой районной больницы с 1954 по 1980 гг. уничтожены.

"В Сорочинском загсе мы сделала выборку по диагнозам умерших за последние 50 лет людей. С 1952 года от онкологии в близлежащих селах умерли 3209 человек. Сразу после взрыва - всего два случая смерти. И потом - два пика: один через 5-7 лет после взрыва, второй - с начала 90-х годов.

Изучили мы и иммунологию у детей: брали внуков людей, переживших взрыв. Результаты нас ошеломили: в иммунограммах сорочинских детей практически отсутствуют натуральные киллеры, которые участвуют в противораковой защите. У детей фактически не работает система интерферон - защита организма от рака. Получается, что третье поколение людей, переживших атомный взрыв, живет с предрасположенностью к раку", - рассказывает профессор Оренбургской медицинской академии Михаил Скачков.

Участникам Тоцких учений не выдали никаких документов, они появились только в 1990 году, когда нас приравняли в правах к чернобыльцам.

Из 45 тысяч военных, принимавших участие в Тоцких учениях, ныне в живых осталось чуть более 2 тысяч. Половина из них официально признаны инвалидами первой и второй группы, у 74,5% - выявлены болезни сердечно-сосудистой системы, включая гипертоническую болезнь и церебральный атеросклероз, еще у 20,5% - болезни органов пищеварения, у 4,5% - злокачественные новообразования и болезни крови.

Десять лет назад в Тоцке - в эпицентре взрыва - был установлен памятный знак: стела с колоколами. 14 сентября они будут звонить в память о всех пострадавших от радиации на Тоцком, Семипалатинском, Новоземельском, Капустин-Ярском и Ладожском полигонах.


© 2024
alerion-pw.ru - Про лекарственные препараты. Витамины. Кардиология. Аллергология. Инфекции